Category: общество

президент Гражданской комиссии по правам, ГКПЧ, Татьяна Мальчикова, Гражданская комиссия по правам человека

Обо мне и об этом журнале

Здравствуйте!

Меня зовут Мальчикова Татьяна Юрьевна. Возможно, вы читали мои статьи в Интернет или видели передачи со мной на ТВ. Я являюсь спикером и экспертом по вопросам злоупотреблений в сфере психиатрии и психологии. Довольно узкая, на первый взгляд, тема, но поверьте, мне есть, о чем вам рассказать, особенно, учитывая, что многие данные известны лишь небольшому кругу людей.

Если вы впервые узнали обо мне и захотите обсудить вопросы, которые я поднимаю в своем журнале, то я всегда готова встретиться с вами или обсудить что-то по телефону, даже, если наши точки зрения кардинально противоположны. Главное для меня — это ваши цели. Если вы хотите помочь, то вы всегда можете рассчитывать на мою поддержку.

Большинство людей, с кем я общаюсь впервые, удивляются тому, о чем я им рассказываю, многие вообще не способны поверить в это.

Тем не менее, это правда, что в нашем высокотехнологичном мире до сих пор людей могут лишать свободы, если они не совершили никакого преступления; людей истязают пытками в прямом смысле слова, в том числе, маленьких детей; молодых девушек насильственно стерилизуют, как во времена фашистской Германии; людей подсаживают на тяжелые изменяющие сознание препараты под предлогом «помощи»; людей продолжают пытать из-за религиозных или политических убеждений.

Это не пустые слова. Я знаю, о чем говорю. И я пишу только о фактах. Этому и посвящен мой журнал.

Collapse )

Пожилую женщину выпустили из психбольницы № 14 города Москвы

24 октября 2019 года Нагатинский суд города Москвы вынес определение о прекращении производства по делу о признании недееспособной москвички Светланы Филипповой (имя изменено) по заявлению психбольницы №14 города Москвы. 

Это дело было инициировано больницей еще в феврале 2019 года в отношении Филипповой — пожилой женщины, которая ранее никогда не наблюдалась у психиатра, не состояла на учете, не госпитализировалась в психиатрический стационар. Ее историю я публиковала ранее. Это дело – одно из многих дел по лишению дееспособности, которые конвейером проходят через психиатрическую больницу №14 города Москвы.

Женщина изначально не нуждалась в госпитализации, не имела инвалидности и уж тем более не была тем, над кем необходима опека. Полностью обслуживала себя сама, еще и помогала дочери и внучке. Все, что легло в основу дела о признании недееспособной – это затяжной конфликт с соседями по подъезду из-за бытовых условий в квартире Филипповой. Само по себе это не является основанием для госпитализации, поэтому, чтобы госпитализировать Филиппову «инициативная группа граждан» слегка приукрасила реальные обстоятельства.

Collapse )

К вопросу об осенних и весенних обострениях

Сегодня мне позвонили с Авторадио и попросили дать комментарий для завтрашней передачи на тему двух последних случаев в Москве, когда психиатрические пациенты убили случайных людей в общественных местах. Девушку интересовало, как же нам защитить общество от подобных ситуаций и почему в последнее время их случается все больше.

Я безусловно дала развернутый ответ, после чего услышала от звонившей довольно сухое "спасибо" (в начале разговора она общалась со мной гораздо дружелюбнее) и она сразу дала мне понять, что не факт, что мой комментарий выпустят в эфир. Честно говоря, ожидала такой реакции.

Решила написать свой комментарий здесь - уверена на 99%, что мой коммент на Авторадио завтра точно не выйдет - но поживем увидим😂

Итак, к вопросу о так называемых осенних и весенних обострениях у людей с психиатрическими диагнозами, якобы приводящих к совершению преступлений.

Мало кто задумывается, что дело не в обострениях психических расстройств. Ситуация целиком создана психиатрией, поскольку именно им отдана эта область. 

Психиатрия абсолютна не способна предсказывать опасное поведение и, соответственно, лечить его. 

Предсказанием опасного поведения занимается наука криминология. Кроме того, опасное поведение - это не болезнь, что бы не утверждали психиатры.

Однако психиатры заявляют, что могут, так пусть несут уголовную ответственность за каждого человека, которого они определили как неопасного, а он пошел и убил или покалечил человека. 

Collapse )

Что делать, когда у ребенка аутизм?

Это один из самых частых вопросов, который мне задают родители во время наших выставок и других мероприятий. Скажу больше, очень многие родители приходят в негодование после того, как понимают идею губительности психотропных препаратов, ведь для подавляющего большинства родителей препараты - это единственный способ "помощи" их ребенку при аутизме. Других способов они просто не знают.

К сожалению для многих, я всегда буду утверждать, что психотропный препарат при аутизме (и не только при аутизме, но сейчас речь о нем) никогда не даст терапевтического эффекта. Об этом знают сами врачи, об этом знают психиатры и детские неврологи. Широко известный факт, что до сих пор не существует никаких научных исследований, что какие-либо психотропные препараты излечивают аутизм. Да, препарат может сделать ребенка "управляемым" или "спокойным", но он не устраняет причину, мало того, загоняет ее так глубоко, зачастую навсегда, делая ребенка инвалидом.

Но речь сейчас не о препаратах, а о том, какой же есть выход, если у ребенка аутизм?

В 2010 году я познакомилась с девушкой, которая является клиническим психологом, и ее 5-летнему сыну был поставлен диагноз аутизм. Аутизм бывает разный и у ее ребенка была тяжелая степень.

Collapse )

ВИДЕО из психушки. Психиатр сказал: "Не подписывать!".

Волонтеры и юрист пришли на прием в психбольницу № 14 города Москвы к Антоновой Людмиле (имя изменено). Женщину уже полгода держат в психушке и пытаются лишить дееспособности. Эта пожилая женщина инвалид по зрению, но в быту самостоятельна, сама себя обслуживает, хорошо соображает. Ее обвинили в том, что она ругается с соседями. Это все, что ей сказали, почему ее лишают дееспособности.  

В Гражданскую комиссию по правам человека обратилась ее родная сестра, которая сообщила, что недавно был суд о признании ее сестры недееспособной. 

Юрист вместе с волонтерами пришли в психбольницу к Антоновой, чтобы помочь ей подать апелляцию на решение суда о лишении ее дееспособности в установленные законом сроки. Однако, когда персонал психушки узнал, что речь идет об обращении в суд, они физически стали мешать оформлять бумаги, хотя им был предоставлен текст бумаги, дежурный врач с ним ознакомился и убедился, что это апелляционная жалоба, а не завещание или что-то в этом роде. Тем не менее, он снял с себя всю ответственность, сказав, что врач запретил подписывать любые бумаги. 

Персонал психбольницы физически блокировал пациентку, хватал ее за руки, не давал подписывать бумаги, пытался вырвать ручку. Охрана психушки угрожала вызовом полиции, хотя никакого повода не было. Юриста также пытались убедить, что для подписания документов в суд дееспособным человеком требуется разрешение его врача. После этого посещения Антоновой запретили вообще.

Collapse )
президент Гражданской комиссии по правам, ГКПЧ, Татьяна Мальчикова, Гражданская комиссия по правам человека

Верховный суд РФ отменил порочную практику принудительной госпитализации наркоманов и алкоголиков

В январе 2016 года Верховный суд РФ рассмотрел кассационную жалобу Росздравнадзора по Самарской области. Жалоба была связана с решениями судов, которые признали правомерность принудительной госпитализации больных наркоманией и алкоголизмом в наркодиспансер на длительное время только по решению врачебной комиссии
(См. https://ceur.ru/library/articles/narkotiki/item226689/).

Верховный суд признал предписание Росздравнадзора законным и указал:

Collapse )
президент Гражданской комиссии по правам, ГКПЧ, Татьяна Мальчикова, Гражданская комиссия по правам человека

Нужны ли уроки психологии в российских школах?

21712В конце декабря 2014 года Гражданской комиссии по правам человека стало известно о случае в Москве, когда 9-летний ребенок пытался шантажировать родителей угрозой собственного суицида. Родители были шокированы поведением сына, учитывая, что до недавнего времени, он ни разу не проявлял неадекватного поведения, был общителен, активен, дружелюбен со сверстниками и родителями. Также ребенок никогда не отличался конфликтностью.

К счастью, сразу после «угрозы» убить себя, ребенок легко признался родителям, что просто пошутил. Когда родители стали искать причину этой «шутки», выяснилось, что школьный психолог обычной московской школы рассказывал детям о случаях, когда другие школьники шантажировали родителей угрозой самоубийства, используя угрозу в качестве способа достижения своих целей. После приведенных примеров школьного психолога ребенок тоже решил «попробовать».

При общении с родителями психолог легко оправдал свои действия и назвал главной причиной неадекватного поведения ребенка то, что мальчик неправильно понял то, что сказал психолог.

Обратившиеся родители также сообщили, что они были не единственными родителями из школы, где учится их сын, кто жаловался на подозрительное и нетипичное поведение собственного ребенка вскоре после проведенных психологических бесед.

В данном случае инцидент закончился мировым соглашением родителей со школьным психологом — психолог пообещал, что более никогда не будет рассказывать детям в школе подобных историй.

Родители решили пока не подавать жалобу в Департамент образования города, хотя при подаче жалобы закон был бы на их стороне, поскольку согласно статье 42 закона «Об образовании в РФ»: «психолого-педагогическая, медицинская и социальная помощь оказывается детям на основании заявления или согласия в письменной форме их родителей (законных представителей)».

Является ли подобное поведение школьного психолога профессиональным поведением человека, которому доверено психическое состояние детей в школе?

Сейчас в российских школах предлагают ввести урок психологии. Инициатива исходит от членов Совета Федерации, полагающих, что уроки психологии помогут детям и подросткам справиться с проблемами.

Несмотря на то, что уроки психологии не входят в стандартную учебную программу, в российских школах, начиная с 2000 года появляются первые школьные психологи и начинают использоваться различные психологические программы. Многие школы после нескольких месяцев психологических экспериментов отказались от таких программ по причине их негативного воздействия на здоровье детей.

Вот некоторые факты.

Несколько лет назад разразился скандал относительно образовательных программ психологического центра «Холис», которые внедрялись в школах города Екатеринбурга при поддержке Министерства образования России. «Холис» пропагандировал сексуальную распущенность и извращенное поведение под видом профилактики СПИДа. Данное «образование» проходило с участием Детского Фонда ООН (ЮНИСЕФ) в РФ. Такие программы по заявлению СМИ были распространены в 40 школах Екатеринбурга и на 35 регионов России. Программы вызвали резкий протест родителей и общественности, которые требовали уголовного преследования работников "Холиса", чиновников министерства, а также публичных извинений руководства российского отделения ЮНИСЕФ (подробнее об этом в публикации «Растление малолетних за бюджетные деньги» в газете «Известия» от 23.03.2006).

В 2006 году на на телеканале «ТВ Центр» вышел документальный фильм, представляющий собой журналистское расследование о психологическом эксперименте в школе № 953 города Москвы. В фильме с участием родителей пострадавших школьников было показано, что после уроков психологической разгрузки некоторые школьники впадали в транс и с ними случались истерические приступы. Здоровье некоторых школьников потребовало медицинского вмешательства после уроков психологии.

Можно долго приводить факты причинения вреда детям в следствии вмешательства непрофессионалов. При этом в наших школах, безусловно, есть настоящие знатоки своего дела, помогающие детям решать их проблемы, и таких людей не мало.

Во избежание злоупотреблений в школах и с целью остановки возможного негативного вмешательства в семью и в процесс воспитания, любые психологические программы, тем более, в отношении детей и подростков, должны не просто проходить тщательнейшую проверку на эффективность, но и должны быть вынесены за пределы учебных заведений.

Куда и к кому обращаться родителю со своим ребенком, в случае проблем, — это должен решать исключительно сам родитель и при этом должно соблюдаться право родителей на добровольное информированное согласие.

Кроме этого, достижение всех заявленных психологами результатов той или иной психологической программы, должно подтверждаться реальными результатами в 100% случаев, поскольку никто не имеет права списывать со счетов здоровье и психическое состояние даже одного ребенка. В случае, если существует малейшая вероятность не достижения цели или причинения вреда, психологическая программа должна отправляться назад разработчику.

В противном случае любое психологическое вмешательство в жизнь ребенка или подростка — это эксперимент с непредсказуемым результатом, причем на глазах у родителей. Один ребенок, решивший свести счеты с жизнью по причине того, что кто-то якобы случайно дал ребенку ложные данные и забрал у него надежду, — это слишком большая цена для общества.

Смотрите 3-х минутное видео о том, кому выгодно психологическое вмешательство в жизнь ребенка в школе:

президент Гражданской комиссии по правам, ГКПЧ, Татьяна Мальчикова, Гражданская комиссия по правам человека

Психоневрологический интернат: выход есть

6ad85303429d5748d306c7cf93b501e6Марина из своих 42 лет 17 провела в психоневрологическом интернате (ПНИ), куда дееспособную женщину поместили по настоянию матери.

Что такое жизнь в ПНИ? Это особый режим, когда ты вроде и свободен, но в то же время за малейшую провинность можешь лишиться основных прав. Например, права выхода за территорию интерната, права поездки домой, в отпуск или права совершать звонки по телефону.

А если твой проступок окажется, по мнению директора ПНИ, очень серьезным, то недолго и оказаться в «карантине».

Карантин – это закрытая палата без связи с внешним миром. Туда определяют не только тех, кто действительно нуждается в изоляции из-за подозрения наличия инфекционного заболевания, но и тех, кто заразен с точки зрения идейного влияния: отстаивает свои права, высказывает личное мнение, не желает мириться с беспределом, а проще сказать, протестует против античеловечного отношения.

Например, отказывается выходить на работу за нищенскую зарплату, мыть туалеты вместо санитарок, жалуется на плохое питание и оскорбления. Такого можно «полечить» аминазином или галоперидолом. Все оправдано психиатрическим диагнозом.

Марина оказывалась в карантине не раз и не два, ей часто приходилось молчать, видя несправедливость, быть тише воды и ниже травы, чтобы не подвергнуться репрессиям. Под давлением системы многие люди сдаются, свыкаются с мыслью, что такова их участь, и ничего сделать нельзя. Начинают думать, что действительно ни на что не имеют права, даже будучи дееспособными. Марина не сдалась.

17 лет за стенами ПНИ – срок не малый, мать не желала видеть Марину дома и не хотела, чтобы та возвращалась, да и в ПНИ постоянно внушали мысль, что выйти на свободу она не может, пока ей не разрешат. А разрешать никто не собирался. Никакого образования в области своих прав проживающим, естественно, не предоставляют. Социализация, адаптация, реабилитация – это все для отчетов, а на деле – никакого будущего и надежды на жизнь вне ПНИ.

Однако Марина, будучи человеком дееспособным, понимала, что здесь что-то не так. Если она не нуждается в заботе ПНИ, то почему не может покинуть его? Начала искать ответ и нашла его.

В соответствии с п.2 ст.44 Закона «О психиатрической помощи и гарантии прав граждан при ее оказании» «Выписка из стационарного учреждения социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами, производится: по личному заявлению лица, в том числе лица, признанного в установленном законом порядке недееспособным…»

Таким образом, дееспособный гражданин может подать заявление на имя директора ПНИ, которым он расторгает договор стационарного социального обслуживания и просит его выписать из ПНИ, что Марина и сделала. Договор стационарного социального обслуживания должен заключаться с вновь прибывшим в ПНИ человеком в обязательном порядке. Основанием для расторжения договора является нежелание проживающего находиться более в данном ПНИ.

Через несколько дней Марину выписали из ПНИ, но сначала провели комиссию с участием врача-психиатра, которая подтвердила, что Марина может проживать самостоятельно. Этого требует все та же статья вышеуказанного закона. В случае с Мариной все прошло гладко, и весь этот психиатрический кошмар наконец-то закончился. Правда, вход на территорию ПНИ к своим друзьям был дня нее теперь закрыт.

Марина поселилась у знакомой, начала работать и пользоваться всеми возможностями, которые есть у обычных людей, но за стенами ПНИ осталось еще много тех, кто так до сих пор и не знает, что выйти из ПНИ можно.

Образец заявления на расторжение договора стационарного социального обслуживания


Директору ПНИ № __
От проживающего(ей)
ФИО

Заявление

  Я, ФИО, расторгаю договор на стационарное социальное обслуживание,       заключенный между мною и ПНИ № __. Прошу меня выписать и вернуть мне находящиеся на хранении в ПНИ №__ личные вещи и документы.

Число, подпись


Заявление на расторжение договора стационарного социального обслуживания подается в двух экземплярах, на одном из которых ставится отметка о приеме в канцелярии ПНИ. Экземпляр с отметкой остается у проживающего как доказательство расторжения договора стационарного социального обслуживания.

Автор статьи: Ольга Ефимова

президент Гражданской комиссии по правам, ГКПЧ, Татьяна Мальчикова, Гражданская комиссия по правам человека

Подана очередная жалоба в ЕСПЧ о незаконном лишении дееспособности

13271_m1 июля 2014 года Александра Борисова, проживающая в психоневрологическом интернате Москвы, подала в Европейский суд по правам человека жалобу о незаконном лишении ее дееспособности.

В 2013 году Александра узнала, что в 2006 году была судом лишена дееспособности. При этом она не получала никаких судебных уведомлений о том, что в суде рассматривался вопрос о признании ее недееспособной, а также не получала заявления и судебного решения о признании ее недееспособной, как того требует законодательство России.

Дело о признании Александры Борисовой недееспособной было рассмотрено в судебном заседании, которое длилось 15 минут. В эти 15 минут уместилось все, включая исследование письменных материалов дела, заключение прокурора, удаление судьи в совещательную комнату, вынесение там решения, а также оглашение судом решения и разъяснение срока и порядка его обжалования.

Это неоправданно быстро и, в действительности, означает отсутствие сколько-нибудь справедливого судебного разбирательства. В ходе рассмотрения дела судом не было задано ни одного вопроса кому-либо из принимавших участие в слушании с целью получить объективные данные по поводу лишения Борисовой дееспособности.

Александре Борисовой сейчас 42 года и, проживая в психоневрологическом интернате, она работает швеей. Кроме того, она неплохо ориентируется в жизни, осознает характер происходящего с ней, проявляет заботу о себе и окружающих, хорошо ладит с окружающими ее людьми.

С момента лишения дееспособности Александра Борисова больше не может эффективно влиять на восстановление своих прав по доступу к правосудию и не может реализовать свое право на справедливое судебное разбирательство относительно вопроса о признании ее недееспособной.

Борисовой назначен опекун, который реализует за нее гражданские права и обязанности, включая все юридически значимые действия.

При этом опекун по своему желанию может ограничивать Борисову в свободе передвижения, если сочтет, что это противоречит ее интересам. Таким образом, не имея дееспособности, Александра Борисова подвергается вмешательству не только в свою частную жизнь, но также и в свободу своего передвижения, которая может быть ограничена против ее воли и вне судебного контроля за таким ограничением.

Из-за утраты дееспособности по решению суда Борисова не может отказаться от нахождения в психоневрологическом интернате. Недееспособный гражданин лишен возможности принять такое решение и изменить свое место жительства.

Последствиями лишения дееспособности для Александры является то, что она не может вступить в брак, составить завещание, выдать доверенность своему представителю на совершение юридических действий, поменять место жительства, отправиться в поездку в другой город или страну.

Она не может распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению, так как все действия юридического характера может совершать лишь опекун. Ее пенсия по состоянию здоровья поступает в распоряжение опекуна и находится под его полным контролем.

По своим последствиям утрата гражданином дееспособности имеет более тяжелые последствия, чем ряд уголовных наказаний по российском закону. Лишение дееспособности охватывает все права и обязанности, все виды деятельности, и не ограничено никакими сроками.

Обращение Борисовой в различные судебные инстанции с целью оспорить решение районного суда Москвы о лишении ее дееспособности, не принесло никакого результата, и, поскольку все эффективные средства защиты своих прав внутри России были исчерпаны, Александра подала жалобу в ЕСПЧ с надеждой восстановить справедливость и рано или поздно вернуться к нормальной жизни.

Смотрите видео о том, что происходит внутри психоневрологических интернатов:


президент Гражданской комиссии по правам, ГКПЧ, Татьяна Мальчикова, Гражданская комиссия по правам человека

Есть ли право отказаться от осмотра ребенка психиатром или психологом

274141_656_700_0_0_0_021 декабря 2012 года Минздравом РФ был издан приказ, утверждающий порядок прохождения несовершеннолетними медицинских осмотров, в том числе при поступлении в образовательные учреждения и в период обучения в них. Приказ регламентировал также осмотр ребенка психиатром, начиная возраста 1 год, и далее в возрасте 3, 7, 10, 14, 15, 16, 17 лет.

4 июля 2014 года был предложен на рассмотрение проект приказа о внесении изменений в вышеуказанный приказ о медицинских осмотрах. Этот проект приказа предлагает сократить количество осмотров ребенка психиатром, и проводить осмотр, начиная с 2 лет и далее в 7, 10, 14, 15, 16, 17 лет.

Независимо от того, что количество осмотров ребенка психиатром предлагают сократить, необходимо знать, что родитель вправе отказаться от любого осмотра своего ребенка психиатром, психологом, а также отказаться от любого медицинского, психологического или социального вмешательства в отношении ребенка в любом возрасте.

Это подтверждается, во-первых, текстом самого приказа: «Необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия несовершеннолетнего или его законного представителя на медицинское вмешательство с соблюдением требований, установленных статьей 20 закона «Об охране здоровья граждан», а также это подтверждается статьей 42 закона «Об образовании в РФ»: «Психолого-педагогическая, медицинская и социальная помощь оказывается детям на основании заявления или согласия в письменной форме их родителей (законных представителей)».

По ссылке ниже вы можете скачать форму отказа родителей от осмотра ребенка (в любом возрасте) психиатром и отказа от психологического тестирования в школе или в дошкольном учреждении http://www.cchr.ru/forma-zayavleniya.htm